Закройте глаза и почувствуйте запахи...

Моя квартира, как и прежде, пахнет лекарствами, восточными прянностями и клубничным чаем. Везде какие-то листы. Белые и мятые, как моя твидовая, багровеющая горькими словами совесть. В её холодном воздухе витает тень бездействия. Второй день звучит, отдаваясь в самых дальних квартирных уголках и щёлках, песня на replay'е.
Музыку на replay, мысли на replay, чувства на нет.
Витают отголоски праздничного настроения сожителей; а мне горько не по теме. Осколки любимого ёлочного шарика так символично впиваются в ноги. Больше не осталось ничего..
На балконе холодно. А я сижу, сижу, засиживаюсь. Я разучилась чувствовать холод. Кровь плохо сворачивается, но хорошо и плотно разворачивается ощущение мнимого тепла, не дающее дорогу уличной прохладе. Киви-клубничный чай разливается по запястьям, сухожильям, кровеносным сосудам и аксонам, напоминая августовские вечера.
Я, сидя на твёрдом диване, рассматриваю нарисованные мною вчера японские горы. Поверхностные линии, еле заметная штриховка, мраак, неясность..Японская традиция с давних времён предпочтает громкому - приглушённое, декларативному - недосказанное, блеску - отблеск. Рисунок отблёск_ивает чувством на off
Одна из комнат дарит коммунальное, даже промышленное какое-то, тепло. Я укрываюсь от себя в ней на пару секунд, коих хватает чтобы пройти её туда-обратно, на балкон-и-вновь-к-холоду.

Теперь я буду верить: тот год был комнатой.